Когда-то, давным-давно, в маленьком городке под Вологдой разыгралась драма, ставшая испытанием для всей семьи.
Выбирайте. Либо помогаете лишить Викторину родительских прав, либо я ухожу, и пусть сами разбираются, твёрдо сказала Анастасия, сжимая кулаки.
Настенька, опомнись! Да как ты можешь? Это же твоя родная сестра! мать схватилась за грудь, глаза её наполнились слезами.
А я вам кто? Чужая? голос Анастасии дрогнул. Иногда мне кажется, я для вас пустое место Разве вы не видите, что творится? Я всем сердцем привязалась к Семёну, люблю его как родного, а вы Либо поддержите, либо я справлюсь одна. Но сдаваться не собираюсь.
Мать потупила взгляд, разрываясь между дочерьми. Отец мрачно ковырял ложкой в щах, словно не слышал ничего. Анастасия, поняв, что ждать нечего, поднялась и ушла в свою комнату.
Стало ясно родители выбрали не её. Даже не Семёна.
Анастасия начала складывать вещи. Их было немного, но на душе лежала тяжесть, будто камень. Грустно, больно но отступать уже нельзя.
Но как устоять, когда малыш прижимается к твоим ногам, всхлипывая?
Мамочка, не уходи прошептал Семён, глядя на неё мокрыми от слёз глазами.
«Мамочка» это слово снова пронзило сердце, как нож. Анастасия опустилась на колени, обняла мальчика.
Я ухожу не от тебя, Сёмочка, тихо сказала она. Я ухожу, чтобы однажды нам стало легче. Обещаю, вернусь. Навсегда.
Семён рыдал, цепляясь за её платье. Уйти она смогла только тогда, когда он, измученный, уснул. Поздним вечером, на цыпочках, она выскользнула из дома.
В тот момент Анастасия ненавидела Викторину. Именно она поставила их всех перед этим страшным выбором.
Викторина пустилась во все тяжкие ещё в шестнадцать. Сначала возвращалась поздно, потом стала пропадать на ночи у «подруг», хотя всем было ясно, кто эти «подруги». Приходила пьяная, с размазанной косметикой, иногда в слезах. Родители носились с ней, как с писаной торбой: утешали, оправдывали.
Беременность при такой жизни была лишь вопросом времени. В семнадцать Викторина «залетела» иначе и не скажешь, ведь отца она даже не знала по имени. Какой-то «знакомый с тусовки».
Родился Семён. Быстро выяснилось, что возня с ребёнком не для Викторины. Сначала она стала сбегать по ночам, потом исчезла вовсе.
Я ещё молодая, не хочу хоронить свою жизнь, бросила она Анастасии в трубку, когда та потребовала объяснений.
Так «крест» легёл на Анастасию. Дедушка лишь изредка интересовался внуком, бабушка помогала, но работала.
Анастасии было восемнадцать. Она перевелась на заочное, чтобы ухаживать за младенцем. Стала для него второй матерью в прямом смысле, ведь и крестила его она.
Было невыносимо тяжело. Ночные кормления, бессонница, таскание коляски по лестницам, экзамены на измор. Училась урывками, когда Семён засыпал. Быт тоже легёл на её плечи родители работали.
К полугоду она начала привыкать, но тут вернулась Викторина в слезах, на коленях, клянясь исправиться.
Простите, я была дурой Теперь всё будет по-другому всхлипывала она.
Все поверили. Даже Анастасия.
Но хватило Викторины на месяц. Когда восхищение подруг и соседей утихло, она сбежала снова, прихватив мамины украшения.
Ей просто тяжело, оправдывала мать. Дайте ей время.
Анастасия больше не верила. Дважды уже не случайность, а закономерность. Но куда деваться? Родители жили в иллюзиях, где Викторина вечно заслуживала прощения.
Так и шли дни. Учёба, садик, врачи Анастасия тайно надеялась, что сестра не вернётся. Но через четыре года Викторина снова стояла на пороге.
Я думала, он меня любит причитала она. А он бросил Осталась одна, без денег, без друзей
По тебе сразу видно, как ты голодала, язвительно бросила Анастасия.
Мать её осадила. Внимание снова переключилось на «несчастную» Викторину.
Но хуже всего было, когда Семён, вернувшись из садика, расплакался, увидев незнакомую женщину.
Это же твоя мама, уговаривала бабушка.
Нет! Вот мама! мальчик вцепился в Анастасию.
Анастасия твоя тётя. А Викторина родная мать, настаивала бабушка.
Сердце Анастасии разрывалось.
Всё повторилось.
Викторина два месяца жила за их счёт, даже не пытаясь работать.
У меня ребёнок! Кто меня возьмёт? отмахивалась она.
А потом исчезла снова. На этот раз сфотографировавшись с новым «ухажёром», который выглядел на двадцать лет старше.
Ну всё ясно. Очередной собутыльник, с горечью подумала Анастасия.
Надежды не осталось.
Однажды она выговорилась подруге, Марфе.
Лиши её прав, и дело с концом, пожала та плечами. Проверки, суды Разберёшься.
Анастасия испугалась.
А если Семёна заберут?
Тогда жди, когда Викторина снова явится и снова всё разрушит. Она же и алименты с него потом выбьет. Да и Марфа понизила голос. А где в этом всём ты? Ты забыла, что у тебя есть своя жизнь?
Какая жизнь? У меня же Семён
И что? Ты готова прожить за него? Он вырастет улетит. А ты? Вон Мишка всё про тебя спрашивает, а ты его гонишь.
Когда мне гулять? Да и кому я с ребёнком нужна?
Если спрашивает значит, нужна.
Анастасия действительно забыла о себе. Парни, узнавая про «ребёнка», тут же исчезали.
Михаил же знал и всё равно искал встречи. После разговора с Марфой Анастасия решила дать ему шанс.
И не пожалела. С ним она чувствовала себя счастливой.
К нему она и пришла, поставив родителям ультиматум.
Давай съедемся, спокойно предложил он.
Я не могу бросить Семёна
Значит, будем жить втроём.
Но он же тебе чужой
Если он твой значит, и мой, твёрдо сказал Михаил.
В сердце Анастасии потеплело.
Первые полгода были адом: опека, суды, бумаги Но хуже всего было видеть, как Семён скучает.
Дочка! Ребёнка у сестры отняла! кричала мать.
Будто он ей был нужен
Родительский дом для неё закрылся.
Но после чёрной полосы наступает белая.
Прошли годы. Анастасия сидела на скамейке, наблюдая, как Семён учит маленькую сестрёнку, Лизавету, играть в мяч. Михаил обнял её.
В этот момент она поняла всё было не зря.
О Викторине она давно не слышала. Та жила в вечных гулянках.
Родители так и не простили старшую дочь.
«Пусть нянчатся с ней, думала Анастасия. А я буду заботиться о тех, кто этого достоин».
